Общение

Сейчас 583 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

АКТУАЛЬНО!

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Говоря о театре в Японии необходимо прежде всего определить, что нужно под этим термином подразумевать. Понятие театра в этой стране отличается, во первых, некоторыми специфическими чертами в своем содержании; во вторых, к театральному искусству может быть отнесено много как будто бы слишком различных явлений.
Исторически японское театральное искусство характеризуется двумя главными признаками. Во-первых, оно неразрывно связано с музыкой, от музыки изошло, на музыке построено. Вне музыки — строго говоря – театра нет. Во-вторых, это искусство неотъемлемо от танца. Танец — такой же исток театра, как и музыка. К танцу восходят все движения, культивирующиеся и в театре Но, и в театре Кабуки. С танца начинает и современный актер свое обучение сценическому искусству.
Разумеется, эти два истока, по существу, неотрывны друг от друга. Танец входит в музыку, музыка в танец. Этот комплекс существовал и на отдаленной заре японского театрального искусства, остается нерасторжимым и сейчас. Это можно обнаружить и аналитически, изучая современные формы театра, и исторически, обращаясь и к точной истории, повествующей о первоначальных видах сценических представлений, и к мифологии, передающей нам известный миф о танце богини Удзумэ на пустом опрокинутом чане под аккомпанемент «шумового оркестра» собравшихся мириад богов, танце, имевшем целью вызвать солнце. Традиционная версия эту именно пляску и считает начальным моментом всей истории японского театра. Для нас танец Удзумэ интересен, конечно, не как историческое начало, но как отображение в мифотворчестве основной черты японского театрального искусства вообще — синтеза музыки и танца. Музыка и танец — основное. Все прочее — вторичное и по существу, и исторически. Единый комплекс музыки-пляски стал постепенно расширяться включением новых элементов, на первом месте среди которых стоит, конечно, слово. Внедрение слова в первоначальное двуединство музыки и пляски оказалось столь мощным, что повлияло на самую устойчивость этого двуединства. Слово органически спаялось с музыкой. Появилось пение в разных своих обликах: понятие пения прилагается одинаково как к пению ариозному, так и к речитативу и даже декламации. В виду этого еще в ранних стадиях развития японского театра сочетание «музыка — пение — танец» стало совершенно обычным, настолько обычным, что к нормальному тону простой разговорной речи слово на сцене в Японии, строго говоря, никогда не перешло.
Следующим элементом, присоединившимся к основным, был элемент декоративный в широком смысле этого слова. Он касался прежде всего и в основе всего — самого исполнителя, актера. Актер стал стремиться как-нибудь по особому выделить себя и внешне. Отсюда как специальный костюм (безразлично — жреческое ли облачение во время мистериальных действ или наряд странствующего фигляра), так и особая маска (безразлично — в виде ли особо надеваемой маски, или же в виде специфического грима).
Таким образом, создались те основы, на которых зиждется все исторически известное нам японское театральное искусство: музыка, как начало, организующее весь ритм представления и создающее его особый эмоциональный тон; пляска, как момент, организующий все движение актера; слово, вводящее в действие известное понятийное содержание, и, наконец, декоративное оформление, придающее всему целому эффект своеобразного, чисто театрального, «остранения». Все прочее — обстановка, площадка, определенный строй, — совершенно второстепенные элементы в театральном искусстве Японии.
Это искусство знает три больших исторических формы, формы, тесно связанные с общекультурным развитием Японии, и в частности — с развитием японского общественного строя. Япония знала эпоху гегемонии родовой аристократии (VІІ — XII в.), эпоху господства феодального дворянства (XII — ХІХ в.) и эпоху владычества городского сословия, сначала еще под политической эгидой феодализма (XVII — XIX в.), потом — с перерождением в капиталистическую буржуазию (со второй половины XIX в.) — нераздельно. Родовая аристократия создала свой театр — так называемый Гагаку; феодальное дворянство свой — так называемый театр Но; городское сословие — театр Кабуки.
Под собственным именем Гагаку подразумеваются различные представления, бывшие в ходу среди беспечных аристократов японского «галантного века», эпохи Хэйан (IX — XII в.), особенно — при дворе. Все они слагались из двух указанных элементов музыки и танца.
Генетически эти представления восходят к древним народным пляскам, как бытовым, так и культовым; исторически они создались под сильнейшим влиянием «культурной» музыки и танца, каковыми были для тогдашних японцев музыка и пляска, пришедшие из Кореи, частью, из Китая и даже далекой Индии.
Гагаку — различные виды самодеятельного театра придворной аристократии, носившие сначала характер чисто увеселительный, с течением же времени получившие значение представлений церемониальных. В настоящее время эти представления можно встретить только при императорском дворе или в некоторых крупнейших храмах в особо торжественных (вроде коронации) случаях, при чем исполнителями являются знатнейшие представители старинной аристократии.
Театр феодального дворянства, театр Но, принял вполне отчетливые формы уже в ХІV в., в так называемую эпоху Асикага — время расцвета японского феодализма. Спектакли Но — уже настоящие театральные представления и в нашем смысле этого слова. Здесь — те же основные элементы — музыка и танец, только в соединении с сильно развитым — элементом слова и вещественного оформления. Слово в театре Но выступает в форме подлинной пьесы, вещественное оформление вызывает к жизни и специальную сцену, и бутафорию. Пьесы Но — драматизированные культовые легенды, исторические предания, эпизоды знаменитых романов. Исполнение этих пьес — на наш взгляд — очень близко по своему характеру к нашей опере, так как актеры на сцене большей частью поют или говорят мелодическим речитативом; с оперой же сближает Но и наличие хора и оркестра. С другой стороны, спектакль Но во многом приближается к нашему балету, так как движения актеров основаны на танце, а местами переходят в самый настоящий танец, являющийся к тому же центральным местом и всей роли, и всего спектакля в целом. Эти представления удержались вплоть до настоящего времени. И сейчас время от времени различные общества любителей этого старинного искусства устраивают циклы таких спектаклей, при чем исполнителями их являются либо любители-энтузиасты Но, либо — и это чаще — исконные, наследственные представители этого искусства, культивирующие из рода в род свои древние традиции и окруженные всеобщим поклонением и почетом. Публику этих представлений составляют знатоки, гурманы, как из среды прежних феодалов и их самураев, так и из кругов буржуазных рантье.
Театр Кабѵки, как будет подробно объяснено в последующих статьях, есть театр японской торговой буржуазии, развивавшейся еще при феодализме. Этот театр составляет исконное наследие современной японской буржуазии, выросшей из этого феодального «городского сословия», наследие совершенно усвоенное ею и бережно поддерживаемое. Прошло еще слишком немного лет господства этой буржуазии (со второй половины XIX в.), она во многом еще не отошла от своей прошлой культуры; еще до сих пор быт господствующих классов Японии насквозь пропитан элементами, выросшими в эпоху феодализма. Поэтому и театр Кабуки для современной буржуазии не только музейное наследие, но и актуальное культурное явление. Правда, по мере дальнейшей европеизации Японии появляются круги, которых это старое искусство уже не удовлетворяет. Этими общественными кругами создается свой театр, идущий под знаком сильнейшего влияния европейской драматургии и европейского мастерства. Для этих же кругов пересаживается на японскую почву и европейский театр в точном смысле этого слова. В сфере такого европеизированного театра начинают появляться и левые течения, группирующие вокруг себя левую и разночинную японскую интеллигенцию и отчасти некоторые слои пролетариата. Однако, развитие этих новых жанров — дело будущего. Сейчас над всем доминирует несомненно жанр Кабуки, и здание «Кабуки-дза» в Токио, в котором этот жанр по преимуществу и культивируется, служит действительным символом национального театрального искусства Японии — в его высшем и при том еще вполне актуальном проявлении.

Н. И. Конрад. «Японский театр»
1928

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования