Общение

Сейчас 519 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.


ВОЗМОЖНОСТИ ПЛАНИРОВКИ

Кстати, о возможностях. Я полагаю, что они, на самом деле, не так уж и минимальны.
Одна из них, которой лишены большие театры с классической сценой-коробкой, это свободная планировка театрального пространства, возможность варьировать расположение актеров и зрителей.
Такая вариативность может нести не только сугубо служебный характер, но и определенную смысловую нагрузку. Выставляя в своем репетиционном помещении эллипс из столов для «Врага народа», мы с одной стороны вовлекаем зрителя в действие и одновременно настраиваем его более на размышление, чем на зрелище. Рассадка предвосхищает сам спектакль.
Наряду с реквизитом, планировка пространства, включая и планировку зрительской части театрального помещения — одно из мощных выразительных средств, во многом заменяющих в «театре без условий» привычную сценографию.
В «Неожиданном случае» используя традиционное расположение игровой площадки и зала и лишь обыгрывая белый офисный лофт как подлинное жилое пространство хипстера Розового, в «Подаяние не дали» мы без каких-либо стен, исключительно мизансценами и передвижениями актеров, обозначаем пространство домика прихожанина, расположенного на двух циновках, и окружающее его внешнее пространство. Сперва обозначаем, и геометрия этого пространства с определенными местами для входа в «домик» строго соблюдается в первые два прихода монаха — а потом резко нарушается, таким образом, наглядно для зрителя обостряя жанровую условность, усиливая театральную составляющую, переводя в третьем куске события в откровенно условную фарсовую природу.
Увеличить число мест для зрителей в зале мешают две тонкие белые колонны. Зато, когда размышляешь над постановкой одной из пьес Дзэами Мотокиё, написанных для театра Но, эти же колонны сами подсказывают необычную планировку зала и сцены, схожую с традиционной архитектурой театра Но, неизменной более 600 лет. Сразу начинаешь ясно представлять себе и пространство сцены, и возможные мизансцены для актеров.    
Отдельная и важная часть спектакля, еще одно его измерение — музыка. Важнейшим камертоном спектакля «Вечер в Сорренте» (по маленькой пьесе Тургенева, образовавшей своеобразный диптих о любви с «Неожиданным случаем» Островского) стала случайно найденная мной в «Вконтакте» мелодия. «Аве Мария» Шуберта, исполняемая на балалайке.
Начинается пьеса с того, что один из ее героев, Аваков, сыгранный Евгением Елсуковым, спит на чемоданах и грезит о возвращении в Россию. А вокруг Италия. Аве, Мария — но на балалайке.
В «Любви Тодзюро» и в «Подаяние не дали» мы используем, помимо прочего, разнообразные палочки- благовония. В пьесе Кана Кикути о закулисье столичного театра — это сандал, а в фарсе-Кёгэне о средневековых провинциальных жителях, монахе и прихожанине, — травяные запахи.
Запах — еще одно возможное выразительное средство.
Хотя... не всё так уж просто. «Подаяние не дали» изначально делалось как спектакль, способный играться решительно на любой площадке 3 на 3 метра. Его декорации, реквизит и костюмы должны умещаться в одну сумку и достаточно легко транспортироваться. С сумкой получилось, с пространством вроде бы тоже, но есть нюансы.
Фарсовая природа Кёгэн требует яркого и теплого освещения, а работа актеров с реквизитом — достаточно близкого расположения зрителей, чтобы видеть нюансы.
Общая закономерность за 6 сезонов такова: чем больше площадка, чем меньше света, чем дальше сидят зрители — тем труднее оказывается исполнителям завоевать зал, играя этот спектакль.
Тем не менее, Владимир Иванович Немирович-Данченко прав, написав:
«Я много раз говорил о том, что можно построить великолепное, прекрасное здание, прекрасно его осветить и отопить, собрать оркестр, художников, назначить великолепного администратора, директора,— и все-таки театра не будет. Будет только здание, хорошо обслуживаемое. А вот на площадь придут три актера, положат на землю коврик и начнут играть — и театр уже есть».
Условия нужны и важны для театра, но сейчас приходится не ждать их и идти вперед, используя всё, что есть под рукой. Время и обстоятельства бросают сегодня в нашей стране многим людям театра вызов, вызов ненужности, безденежья, отсутствия возможностей. Но я также думаю, что искусство театра обладает замечательной жизненной силой и способно ответить на этот вызов тем, чем и должен отвечать театр — умными, искренними, серьезными спектаклями, творчески используя пространство вокруг себя, умело встраиваясь в него и стараясь не снижать профессиональную планку.
Несмотря ни на что делать свое дело, ставить спектакли, играть спектакли.
Работа «Гнезда» и является попыткой ответа на этот вызов времени. Наше существование — и есть наша «авантюра в процессе».

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования