Общение

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Семейный союз актрисы Петербургского Молодежного театра Елены Соловьевой и Анатолия Петрова - настоящий театральный роман. Он начался в институте на Моховой, в студенческую пору, когда Лена училась на знаменитом курсе «Братьев и сестер», а Анатолий был студентом Р. С. Агамирзяна. Он продолжался, когда Толя Петров стал признанным лучшим Треплевым ленинградской сцены, сыграв героя «Чайки «, поставленной Геннадием Опорковым на малой сцене Ленкома. В их жизни были разные театры. И общий - театр Семена Спивака, где Лена и Толя продолжают играть в любимых своих спектаклях - «Танго « и «Смерть Ван Халена». Этой осенью этой театральной семье 20 лет.
Если бы не ЯГИТМиК, вы могли бы и не встретиться. А могло бы случиться, что вы выбрали бы другую дорогу?
Елена Соловьева. Я мечтала быть актрисой. И безумно переживала, не знала, как буду жить, если не примут в Театральный.
Анатолий Петров. Как все нормальные мальчишки - а я рос в Петергофе, замечательном месте, где царил свой особый уклад, свои принципы, - я хотел быть военным, летчиком, полярником... Потом меня захватила история, и это было настолько серьезно, что гены передались сыну, который теперь учится в Университете на истфаке. Но встреча с Розой Абрамовной Сиротой переменила все в моей жизни. Она во многом воспитала меня как личность. Я поступил на режиссуру в Ленинградский институт культуры, она потребовала, чтобы я шел в Театральный, на актерский. Благодарен я и Рубену Сергеевичу Агамирзяну. Он меня закалил. Наш курс был особенный: только трое - после школы, остальные - взрослые люди. Из младших - Оля Самошина и Костя Воробьев. Когда они на втором курсе поженились, то для всех нас были буквально «молодоженами". А еще на нашем курсе учились Елена Сафонова, Александр Исаков (ныне главный режиссер Театра им. Комис- саржевской), Евгений Клубов.
А помните ли вы свою первую встречу? Говорят, что вы влюбились в Лену, когда она в Учебном театре ходила по проволоке...
А. П. Мне достаточно было увидеть, как она ходила по институту! Это было такое сильное впечатление, что я сразу понял: вот то лучшее, что есть на свете! После второй встречи я уже знал: эта девушка будет моей женой. Но она еще этого не знала.
Е. С. Толя увидел меня в спектакле «Если бы, если бы...». У нашего любимого педагога Аркадия Кацмана была мечта о синтетическом актере, которому подвластно и цирковое искусство, и опера, и балет. И в этом учебном спектакле Игорь Иванов дрессировал змею, Власов и Бехтерев ездили на роликах, а я танцевала и качалась на тросе. В нашем институте все друг друга знают в лицо, все здороваются. Я удивлялась, что молодой человек с курса Агамирзяна здоровается со мной как-то подчеркнуто вежливо.
А. П. По институтской иерархии девушка с курса Кацмана - все равно что племянница английской королевы. К тому же если на всех актерских курсах студенты заняты до 9-10 вечера, то у фаната Кацмана занятия шли чуть не круглосуточно. Возможности ухаживать за его студентками равнялись нулю.
Е. С. Да, наш курс вел затворнический образ жизни. Ни о каких знакомствах не могло быть и речи (не случайно большинство семей сложилось внутри курса). Но однажды, когда я после спектакля шла домой, Толя сделал вид, что ему надо на тот же автобус. По дороге мы разговорились и на автобус уже не сели, а пошли пешком до самого моего дома. Город был пустынный, на земле лежал легкий снежок... А потом писали друг другу записки.
А. П. А во время свадебного путешествия в Риге встретились... с Кацманом!
Е. С. Там был какой-то фестиваль, Аркадий Иосифович был в жюри, и мы ходили с ним вместе с театр. Причем смотреть на него было всегда интереснее, чем на сцену. Он все воспринимал очень эмоционально. То и дело вскрикивал: «Что они делают?! Как можно так плохо играть?!»
А. П. А в гостинице вместе смотрели хоккей по телевизору. Это тоже было двойное удовольствие. Хоккей Кацман воспринимал как абсолютно непредсказуемую театральную игру: «Вот это - настоящее искусство! Они же все - игроки, артисты! А их игра - сплошная импровизация!»
А как сложилась судьба звездного курса после института?
Е. С. Моих однокурсников все знают. Это «Братья и сестры»: Елена Попова, с которой теперь Толя в БДТ работает, Наталья Фоменко и Игорь Иванов, Сергей Кошонин и Валерий Кухарешин, Сереженьки - Власов и Бехтерев, Игорь Скляр, Андрей Краско. Старшим педагогом был у нас Лев Абрамович Додин. Нам повезло друг с другом и с учителями. Поэтому расставаться не хотелось. Петр Наумович Фоменко работал тогда в Театре комедии и приглашал меня, но надо было ждать, вакансий в труппе не было. А меня страшило бездействие, хотелось ролей. После института была какая-то испепеляющая жажда игры. Я приняла приглашение Владимира Мапыщицкого. И сразу же стала одной из ведущих актрис нового Молодежного театра. Первым успехом была роль Юльки в «Отпуске по ранению». Мою работу похвалил сам Товстоногов. Еще я любила играть в спектаклях по пьесам Александра Володина. Он часто приходил к нам в театр, участвовал в репетициях. Он вдохновлялся от работы и готов был бесконечно совершенствовать текст. Я играла каждый божий день.
А. П. Долгое время режиссеры использовали то, что Лене было привито в институте. Она играла даже слишком много. Были отдельные удачи, но очень редко ей удавалось «летать».
Е. С. Да, «летать» на последнем издыхании невозможно. Два года мы работали без выходных. Я даже подумывала, не уйти ли... Но в театр пришел Ефим Падве. В работе с ним, прежде всего над представлением «Звучала музыка в саду», вернулась атмосфера, знакомая по институту, - радость совместного придумывания спектакля. Успех был грандиозный. Ничего подобного в те годы в Питере не шло. Это было озорное воспоминание о кабаре начала века, о той музыке, что звучала в Измайловском саду до революции. С этим спектаклем мы ездили в Польшу, Финляндию, Германию. Были и другие работы, но внезапно Падве покинул театр...
Анатолий, а каким был для вас этот этап?
А. П. Удачным! Я стал актером Геннадия Опоркова и Семена Спивака. В Ленкоме тогда работали замечательные артисты - Эра Зиганшина, Роман Громадский, Вадим Яковлев. Собралась талантливая молодежь: Вадим Гущин, Ирина Кушнир, Андрей Ургант. Но после смерти Опоркова все переменилось. Я ушел вслед за Спиваком, оставив все семь главных ролей, которые играл. А среди них были и «Чайка», и «Путь», и «Дорогая Елена Сергеевна»... Ненадолго мы со Спиваком «зашли» в Театр Ленсовета. Потом поступил в «Молодой театр». К нам присоединились ленсоветовцы Наталья Леонова и Владимир Матвеев. Нас жалели: «Бедненькие, ушли в неизвестность!» А это было самое счастливое время - мы строили свой театр. Когда мы показали «Танго» в Москве, то услышали слова восхищения от Александра Свободина, Михаила Швыдкого, Никиты Михалкова, Константина Щербакова, Юрия Соломина...
Е. С. Виктор Розов, приехав в Питер, посмотрел спектакли Спивака и сказал, что мы нашли новый способ игры, как в свое время «Современник».
А. П. Тогда же мы подружились с Театром Шота Руставели. На гастролях в Каунасе они зашли к нам в гости, и два дня мы не могли расстаться!
А после этого Спивак возглавил Молодежный театр, и вы оказались в одной труппе.
Е. С. Когда мы учились в институте, то договорились, что не потерпим этой пошлости - работать в одном театре. Тогда нам казалось это пошлостью...
А. П. Через десять лет мы уже думали иначе. А потом вместе сыграли в спектакле, о котором можно только мечтать.
Е. С. «Смерть Ван Халена» - это очень трудный спектакль. Смертельный аттракцион. Только через два года удалось сыграть то, что намечалось на репетициях.
Сережа Гавлич об этой работе сказал: «Мне кажется, вы полетели и зависли над землей». Тогда мы почувствовали вибрацию, которая в обычной жизни неощутима.
А. П. Монолог Лены в «Ван Халене» - словно тонкий хрусталь, он может разбиться от неосторожного слова, даже взгляда...
Е. С. К спектаклю надо было готовиться с утра. Чтобы эмоциональная вибрация не ускользнула... Если бы в моей жизни не было этого спектакля, не знаю, как бы я смогла сыграть другие роли...
А. П. На каждом представлении «Ван Халена» вот уже много лет мы слышим: «Как здорово вы играете про наше поколение!» Любопытно, что это говорят и наши ровесники, и двадцатилетние ребята...
Лена, а что вам - коренной актрисе Молодежного театра - дал приход Спивака?
Е. С. Я как актриса раскрылась в его театре. Спивак дал мне эксцентрику, тот способ существования на сцене, при котором высекается юмор. Самые любимые роли я сыграла в его спектаклях. Я давно мечтала о Джоанне в «Ван Халене» и считаю роль подарком судьбы. Следующий подарок - Феклуша в «Грозе». Когда шли репетиции, Толя играл Бориса, но уверял, что лучшая роль в пьесе - Феклуша и что он очень хотел бы ее сыграть... Одна школьная учительница после спектакля подошла и призналась: «Для меня это открытие, что Феклуша - не старая!" Я старалась сыграть богомолку, для которой религия - способ общения, паломничество - возможность поделиться мыслями. Многим актерам удается создать умопомрачительные роли, когда они работают со Спиваком! Его репетиций ждешь как чуда. На них скапливается столько энергии, что кажется, грянет гром, или ударит молния.
А потом сбылась еще одна мечта: я сыграла в «Танго", унаследовав от Наташи Леоновой роль Бабушки. Считаю, что в моей жизни было три спектакля абсолютно выдающихся. Это «Братья и сестры», «Маркиза де Сад» и «Танго». Надеюсь, что они - не последние.
Анатолий тем временем получил приглашение в БДТ... Почему вы покинули театр Спивака?
А. П. Когда два человека друг друга ценят, они должны быть готовы к тому, что в их творческих отношениях может наступить похолодание, пресыщение. В этот момент важно понимать, что это - не навсегда. Главное - не жечь мосты... Приглашение из БДТ было не первым. Я три года сидел без новых ролей, играл старый репертуар и комплексовал понемножку. Чхеидзе и Лавров меня убедили: в моем возрасте нельзя простаивать. К тому же было интересно попробовать себя в работе с другими режиссерами, проверить свое право на главные роли. Прошло три года, и я не чувствую себя здесь пришлым человеком. Трудно говорить о качестве ролей в БДТ. Главное - я играю! Мне очень нравится играть в «Пиквикском клубе», мне интересно работать с Темуром Чхеидзе. Сыграл в «Антигоне», «Бенгальских огнях», «Борисе Годунове». Репетирую с Адольфом Шапиро Петра в «Лесе». Живу ожиданием новых ролей. И с удовольствием прихожу в Молодежный играть в старых спектаклях.

Беседу вела Светлана ДОРОНИНА

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования