Общение

Сейчас 249 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

 

* * *

Между тем во второй половине 80-х годов деятельность организованного для управления театра комитета себя не оправдала. А после смерти возглавлявшего его А. В. Олсуфьева и вовсе пришла в упадок. Театральные труппы снова начали переходить из рук в руки. Комитет был распущен. Директора менялись (в 1786 году на этот пост был назначен С. Ф. Стрекалов, в 1789-м — уже двое — П. А. Соймонов и А. В. Храповицкий), а руководство сценическими делами не улучшалось. Актеры «терпели крайнюю нужду» и «поносили начальство» (в том числе и инспекторов), доходов театральное дело не приносило, долги театральной дирекции росли. Екатерина II то и дело выражала свое неудовольствие. А спектакли должны были идти.
Надзирание над русской труппой, которое в качестве инспектора осуществлял Дмитревский, было особенно трудным. Она по-прежнему была значительно хуже материально обеспечена, чем иностранные и музыкальные. Репертуар скудел. Все труднее и труднее проникала в него антитираническая тематика, свойственная высокой трагедии. Ничего равного фонвизинским комедиям не было и в помине. Все реже и реже шли драматические оперы, интермедии, крупные музыкальные произведения.
Все чаще выступал Дмитревский как драматург и переводчик. Сочинительством он начал заниматься уже давно.
Еще в 1772 году в своем «Опыте исторического слова» Н. И. Новиков сообщал о Дмитревском: «Писал много весьма изрядных мелких стихотворений, из коих некоторые напечатаны... Также перевел он с великим успехом и склонил на наши нравы комедии «Раздумчивый», «Демокрит», «Лунатик» и другие некоторые. Они все были многократно представляемы на придворном российском театре и всегда принимаемы с великою по-хвалою».
«Раздумчивый», «Демокрит», «Лунатик», в которых он исполнял главные роли, были вольными переложениями «слезных комедий» Детуша в манере «елагинского кружка», о котором говорилось выше. В 80-е годы Дмитревский переводил либретто интермедий и опер, присочиняя к ним собственные тексты арий: «Служанку-госпожу» Паизиелло, «Училище ревнивых» Сальери. Прикладывал Дмитревский свой редакторский карандаш ко всем остальным репертуарным произведениям, идущим на русском языке. И по-прежнему зорко продолжал следить за молодыми дарованиями, пробующими свои силы в драматургии.
Все это надо иметь в виду, говоря об отношениях Ивана Афанасьевича Дмитревского с молодым Иваном Андреевичем Крыловым. Судьба свела их в 1784-м, когда будущему баснописцу было лет шестнадцать. Познакомил их, скорее всего, Яков Борисович Княжнин, который вначале покровительствовал приехавшему из Твери одаренному юноше, потом крепко рассорился с ним, и Иван Афанасьевич вынужден был стать «третейским судьей».
«Несмотря на разность лет, званий и самых занятий,— рассказывает один из первых биографов нашего баснописца П. А. Плетнев,— они должны были близко сойтись... Дмитревский, не ослепленный успехами своими и славою, доступен был каждому молодому человеку, который желал воспользоваться советами его и замечаниями касательно театральных сочинений. Как лицо общественное, он все достоинство свое, всю свою честь полагал в том, чтобы опытностью своею споспешествовать общественной пользе. К довершению всего, он был артист гениальный».
Страстно увлекшись театром, юный Иван Крылов сочинил трагедию «Клеопатра» — «ребяческое подражение французским трагедиям», по выражению Плетнева.
И сразу же прибежал к Дмитревскому.
Иван Афанасьевич проживал в эти годы неподалеку от нынешнего Литейного моста, близ Гагаринской пристани (ныне набережная Кутузова). Дом театральной дирекции, стоявший в Литейной части, известный под номером 17, принадлежал надворному советнику Зейдлеру. Перевели туда актеров из Лейб-Кампанского корпуса тогда, когда приступили к строительству Эрмитажного театра весной 1784 года, разместив там те-атральное училище, квартиры артистов, «пробное зало» для репетиций, живописный зал.
Дмитревскому, по-видимому, предоставили одну из наиболее вместительных квартир. (Судить об этом можно потому, что позже, при последующем переезде актеров, в квартиру Ивана Афанасьевича поселили отставного прапорщика Гавриила Чистова вместе с отданными ему под смотрение девятью тульскими полковыми музыкантами.)
Туда-то, в дом Зейдлера, и устремлялись к маститому актеру начинающие драматурги.
«Дмитревский трое суток пересматривал с Крыловым какую-то первую его трагедию, и потом сожгли ее исчерченную»,— свидетельствовал хорошо знавший знаменитого баснописца И. И. Гнедич.
Жанр трагедии не давался Ивану Крылову. Попробовал он еще раз создать трагедию на античный сюжет — «Филомелу». Но и ее забраковал Иван Афанасьевич, подтолкнув юношу на другой путь — комедий и сатиры, который приведет Крылова к сочинению басен, сделав их явлением уникальным в русской литературе, недосягаемым до сих пор.
Одну за другой пишет Крылов комедии «Бешеная семья», «Сочинитель в прихожей», «Проказники», отмеченные несомненной одаренностью, острой памфлетностью, умением подсмотреть и высмеять столичную суету, обличить развращенность нравов, прислужничество. Затем отдает в театр либретто оперы «Американцы». И ни одно из его сочинений не пропускается дирекцией театра. Тогда с молодой задиристостью Крылов пишет в 1789 году письмо, пущенное по рукам, только что вставшему наряду со статс-секретарем императрицы А. В. Храповицким (вместо уволенного Стрекалова) во главе этой дирекции генералу П. А. Соймонову: «Я выбрал театр своим судилищем, публику — судиею, а ваше превосходительство осмелился просить, чтоб соблаговолили только выставить на суд мое творение <...> Достойной похвалы невежа не умалит, а то не похвала, когда невежа хвалит».
Сочинения его, уверяет Крылов, были признаны куда большим знатоком, чем Соймонов,— самим Дмитревским, «которого одобрение, по его познаниям, для меня не менее важно, как и академический аттестат, ибо опытом известно, что его вкус всегда согласен со вкусом просвещенной публики, а в том не может никакой академик отпереться, чтобы он не был сей просвещенной публики членом».

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш email: dramateshka gmail.com

Яндекс.Метрика Индекс цитирования