Общение

Сейчас 204 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Наша кнопка

Если Вам понравился наш ресурс, Вы можете разместить нашу кнопку на своём сайте или в блоге.
html-код кнопки:

 


             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.

Все-таки что ни говори, а случай играет в жизни человека немалую роль.
Еще несколько лет назад путь Людмилы Савельевой был совершенно определен. Она блестяще окончила Ленинградское хореографическое училище, была принята в труппу прославленного Кировского театра, ее имя стояло на афише среди исполнителей ведущих партий...
И вдруг все переменилось. Переменилось оттого, что ее фотографии оказались на столе у С. Бондарчука среди многих других соискательниц на роль Наташи Ростовой. Режиссер сделал свой выбор. Балерина тоже. Она изменила древней музе танца ради новой, кинематографической.
Ей было тогда двадцать два. И в своих первых интервью журналистам, рассказывая об участии в съемках, о работе над ролью она всегда упоми-нала о балете, к которому обязательно вернется, вот только кончится «Война и мир». Потом эти упоминания становились все реже и, наконец, вместе с выходом всех четырех серий картины на экран исчезли совсем.
Балерина превратилась в киноактрису, одну из любимых, популярных. И это сделала одна роль, всего одна роль, но какая —толстовская Наташа Ростова. Работа над ней длилась почти четыре года. И, завершая ее, Людмила Савельева имела право сказать: «Мне выпало большое счастье сыграть Наташу Ростову. Это самое прекрасное, что могла подарить мне судьба».
Я познакомился с Людмилой Савельевой, когда работа над фильмом только начиналась.
Пожалуй, ни одна участница этой картины не вызывала такого жгучего интереса, как она. Десятки раз ей приходилось повторять журналистам: родилась в 1942 году в самое тяжелое время Ленинградской блокады, ро-дители служащие, восьми лет поступила в школу...
Она давала интервью с удивительной старательностью и серьезностью. Ей искренне хотелось помочь этим людям, которые так настойчиво рас-спрашивали. Но ей нечего было рассказать, кроме своей короткой и про-стой биографии. И она рассказывала о себе, об училище, о театре с таким увлечением, с такой непосредственностью, что это лучше всего убеждало в правильности выбора режиссера С. Бондарчука. Никакие самые умные слова и рассуждения об образе Наташи Ростовой не смогли бы доказать это вернее.
Мне довелось видеть Людмилу Савельеву на съемочной площадке и во время репетиций, у гримировального столика и на занятиях верховой ездой, слышать некоторые из тех бесконечных разговоров, которые вел с ней Бондарчук, и меня не покидало ощущение удивительного совпадения личности исполнительницы с ее героиней. Невольно вспоминались тогда строки Толстого, характеризующие Наташу натурой «особенно поэтической», «переполненной жизнью».?
Она даже внешне казалась похожей на Наташу: «черноглазая, с большим ртом, некрасивая, но живая девочка». Еще не было снято ни метра пленки, а Людмиле Савельевой уже предрекали успех. И не ошиблись. Роль На-таши Ростовой — одна из самых ярких и счастливых удач фильма.
...Когда Марья Болконская просит Пьера рассказать о Наташе, он с не-доумением разводит руками: «Я не знаю, как отвечать на ваш вопрос, я решительно не знаю, что за девушка. Я никак не могу анализировать ее. Она обворожительная. А отчего, я не знаю: вот все, что можно про нее сказать».
Так же трудно говорить о Савельевой в этой роли — о переменчивости ее лица, взгляда, движений. Видимо, не случайно в первую очередь вспо-минается именно эта, пластическая сторона образа. И Савельева им в со-вершенстве владеет. Недаром так часто режиссер отделяет слова Наташи от ее поступков. Мы слышим закадровым голос, который сообщает нам ее раздумья, ее желания, ее мечты, и угадываем все это в походке, наклоне головы, жесте.
Целые страницы романа оказываются перенесенными таким1 образом на экран. Важнейшие страницы, передающие внутреннее состояние, а не события в жизни Наташи. Именно в них, в этих самых трудных сценах, где нет диалога, нет партнеров, где Наташа наедине сама с собой, происходит таинство рождения образа.
Вот она вошла в просторную залу, которую особенно любит за сильный резонанс, и Начала петь свои сольфеджио. Повторила музыкальную фра-зу, понравившуюся ей. Прислушалась радостно к звукам, наполнившим залу. Идет вдоль стен, особенным шагом, как в детстве, переступая с каблучка на носок. Проходя мимо зеркала, заглянула в него. Вот она я—как будто говорило выражение ее лица. И едва слышный голос .повторяет слова: «Что за прелесть эта Наташа!»
Только что перед тем мы видели ее угнетенной и раздражительной. Три недели прошло с тех пор, как последний раз приезжал князь Андрей.
И вот через секунду после сцены просветленного успокоения она, испу-ганная и взволнованная, вбежит к матери с восклицанием:«Болконский приехал!»
В каждый миг ее поведение просто и естественно, и нет двух сцен, в которых Наташа находилась бы в одинаковом состоянии. Ее реакцию на мир, на людей, на события всегда трудно предугадать. Но когда мы видим эту реакцию, то понимаем — иначе и нельзя. Только так должна проявить-ся доброта и доверчивость незаурядной натуры. Это гармонично — значит, это ее.
Вторая серия фильма, которая названа «Наташа Ростова», начинается знаменательным диалогом с матерью.
Отчего же не надо, чтобы Борис Друбецкой ездил в дом. «Отчего же не надо, коли ему хочется?»
Вот вопрос всех вопросов, хоть он и звучит по-детски наивно, «Ну не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. Не замуж, а так». Наташа как-то по-особенному, удивленно и вместе с тем само-уверенно посмотрела на мать. Вот ведь какую неожиданную и глубокую мысль удалось сформулировать, и весело хохочет, по-детски беззаботно, заливисто...
Может быть, именно в этом диалоге, в этих словах ключ к пониманию всего характера, поведения, поступков Наташи? Относиться к людям свободно, незаинтересованно, некорыстно. Свобода человека ограничена, урезана, связана условностями мира. Связаны этим все, только не Наташа. Естественный, вольный, почти безграничный выход есть у нее в любом положении, даже в том, что выглядит запутанным безысходным для «умных» героев романа. «Она не удостаивает быть умной», — говорит о Наташе Пьер. Ей присуще иное — бессознательное чувство правды, которое рождено чутьем, внутренней чистотой, искренностью и неодолимой жаждой жизни. Вот камертоны ее натуры, не дающие извлечь фальшивой ноты никогда, ни в какой ситуации. Не поэтому ли самыми легкими во время съемок, самыми свободными оказались сцены наиболее трудные: «первый бал», «охота», «сцена у дядюшки», «смерть Андрея».
История жизни от тринадцатилетней девочки до взрослой женщины, пере-жившей трагедию любви, испытание войны, народное горе, сделавшееся ее личным горем,—все это навсегда останется с Людмилой Савельевой. Станет частью биографии Савельевой- человека, а не только рубежом Савельевой-актрисы. И, почувствовав, поверив этому удивительному слиянию, мы расстаемся с каждой новой сценой с благодарностью: она приоткрыла еще одну деталь в образе, который мы приняли сразу, с первого появления.
Эпиграфом фильма взяты слова Толстого: «Все мысли, которые имеют огромные последствия,;— всегда просты. Вся моя мысль в том, что ежели люди порочные связаны между собой и составляют силу, то людям честным надо сделать только то же самое. Ведь как просто».
В фильме Наташа не просто одна из честных людей. Она как бы объеди-няет собой, связывает судьбы героев романа. В отношении к ней проявля-ются их характеры. Впечатлением, которое Наташа производит на других, она, сама того не подозревая, определяет их общественное поведение. И мы не удивляемся, когда слышим после бала слова князя Андрея, что «он только воображал ее себе, и вследствие этого вся жизнь его представлялась ему в новом свете».
Максимализм Наташи, полная свобода, вольное отношение ко всему рождает у людей честных потребность к освобождению, к перемещению сил и начал существующего мира.
Нет, она не решает мучительных вопросов о смысле жизни, но всем существованием своим, каждым поступком, реакцией, словом она этот самый глубокий вопрос разрешает просто— тем, что живет, и тем, как живет.
Вот в чем смысл роли Наташи — Савельевой. Только потом, спустя время, раздумывая над фильмом, мы понимаем этот смысл, доискиваемся до него. Он складывается постепенно от эпизода к эпизоду. Он читается во взгляде, полном ожидания и упрека во время первого бала. В головокружительном и изящном вальсе и во время безудержной русской пляски под гитару, в святочном веселье и восторженной скачке на охоте.
В минуты радости и горя, в случайном разговоре и жизненно важном объ-яснении нет, не бывает у Наташи — Савельевой поверхностного, легкомысленного. Даже счастье она воспринимает так глубоко, что оно выглядит драматично. Рыдания прерывают ее слова, обращенные к князю Андрею: «Ах, я так счастлива!»
Впрочем, может быть, тут еще и иное, то, что бессознательно чувствует Наташа, и понимаем мы. Нет в этих отношениях так необходимой ей непосредственности. Мир жениха слишком для нее закрыт. Их так явственно разделяет дистанция. Мы читаем эту натянутую неловкость в каждой встрече Наташи и Андрея. Даже в сцене предложения. То особенное, что есть в Андрее, не соединилось с простым. Такое сочетание есть только у Пьера. Не поэтому ли одни из самых лучших сцен Наташи — это сцены с Пьером.
Никогда не будет понятным князю Андрею, что значит для Наташи «каж-дое данное мгновение». «Никто никак не может понять всего, что она по-нимает и что в ней есть», — пишет Толстой.
Время, проведенное без целесообразности, без оправдания, просто так даром, кажется обидной и невосполнимой утратой. «Уже не будет того, что теперь есть во мне», — словно слышим мы в ответ на условия — ждать свадьбы целый год. Отчего так? Ведь это противоестественно.
Савельева очень верно почувствовала состояние Наташи в Отрадном. Эти сцены словно скрыты полумраком — темные переходы лестниц, бес-цельные распоряжения, бессмысленное существование. В них беспокойство и тревога за уходящее время. Еще тут, в деревне, в месяцы ожидания, а не при встрече с Анатолем вершится ее судьба. Несчастье созревает неумо-лимо в этом сумраке томления. И нас не могут обмануть ни счастливые картины охоты, ни веселье ряженых.
Не недостаток внутренней силы, а их избыток и чрезмерность страшны Наташе. Она не может поступить иначе, чем поступает. Такой предлагает нам Савельева свою героиню, и мы соглашаемся с ней. Наташа не за-страхована от дурного, от того, что опечалит близких, расстроит судьбу любимого человека, станет несчастьем для нее самой.
В ее стремлении к абсолютной свободе есть и своя оборотная сторона. Мы понимаем и оцениваем это потом. А пока перед нами проходят только поступки: мимолетный взгляд останавливается на Анатоле, случайный миг свидания у Элен... Как закономерно приводит эта цепь случайностей к дикой, обидной грубости в сцене с Ахросимовой.
В каждом из этих эпизодов тоже Наташа с ее верой в людей, в добро, в справедливость. Внутренний смысл происходящего раскроется нам в раз-говоре с Пьером, даже не столько в разговоре, сколько в том чувстве, с которым уедет Пьер.
Глубоким внутренним волнением наполнена эта сцена у Савельевой. Как много разных противоречивых чувств умеет выразить она не словом, нет, а пластикой движений, самой поникшей своей фигуркой. Эти кадры ре-жиссер и оператор строят так, что мы редко, лишь на мгновение видим ее лицо, но мы ощущаем ее состояние будто находимся рядом, на месте Пьера.
Свобода человека направляется его собственным нравственным чувством — вот мысль, которую рождает эта сцена. В идеале и то и другое совпа-дает. Нравственность не должна быть насилием над свободой, а свобода не имеет права быть аморальной. Так в идеале. А в жизни ложь и низость загромоздили дорогу искренности и честности.
Это узловая идея Толстого, узловая идея фильма, отраженная еще в эпи-графе.
Когда мы соучаствуем в дальнейшей жизни Наташи, мы словно проходим вместе путь самоочищения и возвышения. Именно под этим знаком мы воспринимаем внутренний смысл ее поступка с ранеными. И не случайно он приводит к встрече с князем Андреем в Мытищах, встрече, которая только теперь стала необходимой, а до этой поры не могла произойти вовсе.
Оба они, Наташа и Андрей, вдали друг от друга жизнью и поступками своими заслужили эту новую встречу. Могут ли возникнуть в результате между невестой и женихом и новые отношения ? Вот как пишет Толстой: «Никто, еще менее Наташа и князь Андрей, не говорили об этом: нерешенный, висящий вопрос жизни или смерти не только над Болконским, но над всею Россией заслонял все другие предположения». Знаменательные слова. Они неразделимо связывают в романе судьбу Наташи и судьбу России. Они подымают отношения двух людей до уровня размышлений над судьбой народной. И в том, что мы с верой и увлечением следуем этим путем Толстого, — заслуга фильма, заслуга Сергея Бондарчука и Людмилы Савельевой.
Фильмы киноэпопеи «Война и мир» получили самое широкое признание у нас в стране и за рубежом, они удостоены многих международных пре-мий.
Одной из последних наград стал «Оскар» — приз Американской академии киноискусства. «Война и мир» получил его как лучший иностранный фильм, демонстрировавшийся в США в 1968 году. Президент американской киноакадемии, известный актер Грегори Пек, вручил изящную статуэтку «Оскара» Людмиле Савельевой.
Впервые в истории существования этой награды она присуждена советскому фильму.
Вернувшись из Лос-Анджелеса, Савельева рассказала о том, как проходил церемониал награждения, как ее поздравляли автор американского фильма «Война и мир» Кинг Видор, Натали Вуд. О толпах людей, которые рукоплесканиями встретили нашу делегацию, выходящую из здания киноакадемии после вручения награды, о десятках восторженных рецензий в прессе. Она рассказывала так же оживленно и искренне, как раньше, в дни первых своих встреч с журналистами. Церемонное понятие «кинозвезда» к ней не подходит сейчас так же, как тогда. Конечно, прошедшие годы многое изменили. Пришла взрослость, но не утратилась непосредственность, пришел опыт, но он не подменил чувство. За это время Савельева вышла замуж, недавно у нее родилась дочь, и она назвала ее, конечно, Наташей.
Роль в «Войне и мире» сыграна. Людмила Савельева снимается в картине «Бег», который ставят на «Мосфильме» по мотивам пьесы М. Булгакова режиссеры А. Алов и В. Наумов. Итальянский режиссер Витторио де Сика пригласил ее участвовать в своем фильме «Подсолнухи». Будетеще много иных ролей впереди. Но никогда не изгладится влияние работы над об-разом Наташи Ростовой. Оно несомненно наложит отпечаток на весь дальнейший творческий путь Савельевой-актрисы.
Мысль Толстого—искусство существует для того, чтобы обмениваться чувствами, — стала творческим кредо Савельевой. Она бесспорно пронесет такое понимание искусства в своих будущих ролях.

Е. Семенов

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш e-mail dramateshka.ru@gmail.com

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования