Общение

Пьесы с музыкой

 

Маленькая Баба-Яга
Любовь без дураков
Шоколадная страна
Три слова о любви
Руки-ноги-голова
Снежная королева
Лоскутик и Облако
Мальчик-звезда
Кошкин дом
Сказочные истории об Эдварде Григе
Матошко Наталия. Серебряные сердечные дребезги
Северский Андрей. Солдат и Змей Горыныч
Галимова Алина. Кошка, гулявшая сама по себе

             

   


 

Уважаемые театралы! Наш сайт существует благодаря энтузиазму его создателей. В последнее время средств на оплату хостинга, даже с рекламой, стало не хватать. Поэтому просим всех неравнодушных посетителей воспользоваться формой поддержки, которая расположена ниже. Это помогло бы ресурсу выжить и избавиться от рекламы. На форме есть три способа платежа: с банковской карты, с баланса мобильного, из Яндекс-кошелька. Сумму перевода можно менять. СПАСИБО!

Апдейт: Друзья, благодаря вашей финансовой помощи удалось полностью очистить сайт от рекламы! Всем СПАСИБО! Надеемся, что ваша поддержка и впредь поможет содержать сайт в чистоте, не прибегая к вынужденному засорению его "жёлтым" мусором.


«Тиранов более уж нет!»

В феврале 1919 года Киев снова освобожден частями Красной Армии, на этот раз от петлюровцев. Специальным декретом все киевские театры были национализированы. Самый крупный из них — знаменитый Соловцовский театр — стал Государственным драматическим театром имени Ленина. Комиссаром театра назначают К. А. Марджанова (Коте Марджанишвили), опытного режиссера, прошедшего большую школу в провинции, а затем в Московском Художественном театре под руководством К- С. Станиславского.
Киев был освобожден, но с противоположного берега Днепра доносился тревожный рокот орудий — гражданская война продолжалась. В этой напряженной боевой обстановке Марджанову и коллективу театра хотелось подготовить к первомайскому празднику спектакль, в котором звучали бы идеи свободы.
И вот после долгих поисков подходящая пьеса найдена. Это — трагедия испанского драматурга эпохи Возрождения Лопе де Вега «Овечий источник» («Фуэнте Овехуна»), рассказывающая о восстании крестьян против ненавистного угнетателя Командора. Впервые на русской сцене эта пьеса была поставлена в 1876 году, в бенефис великой русской актрисы М. Н. Ермоловой, исполнявшей центральную роль — крестьянки Лауренсии. В пламенных монологах Лауренсии — Ермоловой зрители услышали вдохновенный призыв к свободе, страстную ненависть к тирании. Царская цензура, напуганная большим успехом спектакля, поспешила снять его с репертуара Малого театра и на многие годы запретила пьесу. И вот в разгар гражданской войны драма Лопе де Вега снова появилась на сцене.
В течение трех недель утром и ночью (после окончания вечернего спектакля) в Театре имени Ленина шли напряженные репетиции.
В день 1 Мая 1919 года на улицах актеры разыгрывали интермедии на темы истории международного рабочего движения. У здания ревкома поэты и актеры выступали с чтением революционных стихов. А вечером состоялась премьера «Овечьего источника». Вооруженные красноармейцы, рабочие и работницы киевских фабрик забили до отказа вместительный Зал театра.
Вот по бокам сцены появились герольды с серебряными трубами, торжественно возвещая начало спектакля. Декорация художника И. М. Рабиновича помогала зрителям почувствовать, что действие происходит в знойной Испании. Интенсивно-оранжевого цвета пол, две средневековые желтые башни, залитые солнцем и окруженные зеленью гор, на фоне ярко-голубого неба. А в глубине сцены, справа, была выстроена небольшая площадка с занавесом холодного синего тона. На этой «малой сцене» разыгрывались эпизоды в замке Командора и в королевском дворце.
...Площадь Фуэнте Овехуны. Две крестьянские загорелые девушки прохаживаются по ней. Одна из них — пленительная, смелая и задорная Лауренсия, роль которой исполняла известная провинциальная актриса В. Л. Юренева. Лауренсия с возмущением рассказывает своей подруге Паскуале, что Командор преследует ее своей любовью, соблазняет богатыми подарками, но она отвергает его домогательства.
Снова звуки труб; на этот раз они возвещают о том, что Командор вернулся из похода. Вот он появляется в сопровождении своих людей, вооруженных огромными мечами, закованных в латы с кровавыми крестами на груди.
Высокомерно улыбается Командор крестьянам, которые подносят ему богатые дары. Остроумно, с яркой изобретательностью поставил эту сцену Марджанов. Стоя по кругу, крестьяне передвигают руками веревку, на которой подвешены окорока, розовые поросята, серебристые рыбы, белоснежные гуси. Покачиваясь, проплывают под звуки музыки огромные тыквы, арбузы, корзины с виноградом и яблоками, бурдюки с вином. Обилие и преувеличенные размеры снеди, «даруемой» феодалу, вызывали громкий смех зрителей.
Контрастом к этой красочной картине была холодная и чопорная сцена в королевском дворце. Король у Лопе де Вега — воплощение справедливости, он карает своевольных феодалов и прощает восставших против них крестьян. В спектакле король и королева получают иную трактовку — это слабые, безвольные, застывшие в своем величии коронованные особы. Закованные, как в латы, в блестящие наряды, они напоминают кукол, двигающихся на шарнирах и говорящих писклявым голосом.
Интересно был решен образ Командора. Режиссер и исполнитель роли артист А. Н. Смурский отказались от штампованных приемов изображения злодеев на сцене — отталкивающей внешности, свирепых взглядов, злобных криков. Командор был по-своему обаятелен и умен. Его холодная жестокость скрывалась за внешней мягкостью и вкрадчивостью манер. Подобно змее, он нападал неслышно, внезапно и безжалостно.
Во время охоты Командор застает Лауренсию одну у ручья. Бросив оружие, он пытается силой овладеть девушкой. Но поблизости оказывается влюбленный в Лауренсию крестьянский юноша Фрондосо (его играл артист Н. Н. Соснин). Схватив самострел, Фрондосо направляет его в грудь Командора. Командор вынужден отступить, в бессильной ярости он пятится от юноши. Лауренсия незаметно убегает. А Фрондосо, поиздевавшись над противником, уходит вслед за ней, унося оружие Командора.
Урок Фрондосо не пошел на пользу Командору. Он продолжает преследовать крестьянских девушек. Деревенский весельчак Менго (актер Н. А. Светловидов) пытается заступиться за очередную жертву Командора — молодую крестьянку Хасинту. Но Командор приказывает схватить Менго и жестоко его выпороть.
В сцене свадьбы Фрондосо и Лауренсии коренастый круглолицый балагур Менго беззаботно наигрывает на своей скрипке и поет песенку.
Пусть спина еще ноет от недавних побоев, но как удержаться, если так весело пляшут парни и девушки.
В самый разгар свадьбы врывается Командор с отрядом солдат. Фрондосо пытается бежать, но поздно. Схвачен он, схвачена Лауренсия. Жениха и невесту силой уводят в замок.
Вторая часть спектакля начинается сходкой крестьян на полутемной площади. Командор надругался над их достоинством и честью, но крестьяне не решаются подняться на тирана. Внезапно вбегает вырвавшаяся из замка Лауренсия. «Весь ее внутренний мир потрясен, разбит в осколки; честь, человеческое достоинство, девическая чистота втоптаны в грязь. Клочья ее окровавленного платья, спутавшиеся волосы, раны на теле свидетельствуют
о злодеянии. Это сделали враги. А свои? Они трусливо отдали ее на поругание! Никто — ни отец, ни друзья — не защитил, не вырвал ее из лютых, пьяных рук! Гнев, ужас, презрение, стыд, отчаяние, погубленная любовь к жениху, ненависть к отцу — вот вихрь чувств этих роковых моментов жизни Лауренсии».
Гневно клеймит Лауренсия трусость односельчан, страстно призывает она подняться на ненавистного тирана. Ее слова зажигают сердца людей. Вооружившись, схватив что попало под руку, они устремляются к замку. Красный свет — свет восстания — заливает сцену... И тут зрительный зал взрывался такой бурей оваций, что «становилось страшно за старые стены театра: казалось, вот-вот они рухнут от грохота и засыплют эту бушующую в восторге массу».
Следующая сцена вызывала еще более бурную реакцию зрителей. Идет расправа крестьян с феодалом и его прислужниками. Преступники мечутся, как крысы, пытаются спастись, но нигде не укрыться им от карающей руки народа. И вот победа — враги мертвы. Выбегая на площадь, Лауренсия — Юренева с торжествующим криком: «Тиранов более уж нет!»— ломает меч убитого Командора.
Народ ликует, и эта радость победы выливается в бурный танец. Мелькают пестрые костюмы крестьян, взлетают красочные плащи, из самых сердец вырываются победные крики — все сливается в единый неистовый вихрь... И снова овации потрясают все четыре яруса театрального здания. Зрители вскакивают с мест, топают ногами, кричат, ликуют вместе с героями спектакля. Сорок два дня подряд шел спектакль, и сорок два раза повторялось это незабываемое ликование зрителя.
Марджанов строил спектакль на резких ритмических контрастах: торжественно-спокойные эпизоды переходили в напряженно-драматические, бурное движение сменялось статичной мизансценой.
Так была построена и сцена народного ликования. Обрывается танец. Все застывают на месте с одной мыслью: «А ведь придется держать ответ за восстание». Крестьяне решают на все вопросы отвечать лишь одно: Командора убила Фуэнте Овехуна.
На «малой сцене» судья и инквизиторы начинают допрос, они хотят узнать имена убивших Командора. Но ни пытки, ни истязания не могут вырвать иного ответа, кроме: «Фуэнте Овехуна». «Самым острым был момент допроса Менго: а вдруг балагур и весельчак не выдержит истязаний и выдаст подлинных убийц? Все настораживаются. В самом деле... он просит ослабить тиски... Все замерли... И тут (Светловидов отлично проводил эту сцену) неожиданно раздавался его торжествующий голос: «Фуэнте Овехуна-а-а».
Так ничего и не добившись, судья и инквизиторы удалялись, а крестьяне, одержавшие еще одну победу, двигались к рампе с радостным криком: «Да здравствует Фуэнте Овехуна!»
В зале зажигался и по мере движения актеров все усиливался свет. Зрители стихийно поднимались со своих мест и шли к сцене, навстречу актерам. Вспыхивало пение «Интернационала».
На замечание одного критика, что этой сцены нет у Лопе де Вега, Марджанов ответил: «Поймите, мне надо, чтобы после того, как актеры двинутся к рампе, зрители двинулись бы на фронт!»
Среди тысяч красноармейцев, заполнявших зал театра, находился пулеметчик бронепоезда «Грозный» — будущий драматург Всеволод Витальевич Вишневский. Через много лет он рассказал о своем впечатлении от «Овечьего источника»: «Я помню, мы пришли на этот спектакль вооруженными, потому что тогда без оружия по городу ходить было нельзя. И вот перед нами поднялся занавес, и мы увидели вещь, которая нас совершенно изумила, мы увидели борьбу угнетенных за свое освобождение. Это было так созвучно тому, что шло рядом, за стеной театра... мы, красноармейцы, увидели такую вещь, которая нас внутренне потрясла настолько, что нам казалось, что мы сейчас готовы идти драться против Европы до самой Испании. Для нас, солдат, это было совершенно необычайное зрелище. Мы видели, что в спектакле все трудности преодолеваются и покрываются огромным чувством гражданского долга, большой гражданской мысли, и, когда мы вышли из театра, мы знали, что этот спектакль нас обновил, мы были грязны, он нас вымыл, мы были голодны, он нас накормил, и мы знали, что мы готовы драться и будем драться».
С пением «Интернационала» выходили зрители из театра, спускались по крутой, слабо освещенной улице, и долго еще над ночным Киевом звенела мелодия революционного гимна.
Так спектакль «Овечий источник» вырос в политическое событие. Театральное искусство из забавы и развлечения богатой публики становилось частью жизни и борьбы народа.

"Драматешка" - детские пьесы, музыка, театральные шумы, видеоуроки, методическая литература  и многое другое для постановки детских спектаклей.
Авторские права принадлежат авторам произведений. Наш e-mail dramateshka.ru@gmail.com

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования